Порно галереи современного искусства


В любом случае нам говорят, что порнография не заслуживает герменевтики. Пол Б. Вместо этого культурно и исторически женщины были отстранены от аудиовизуальных техник мастурбации — это дистанцирование сопоставимо с исключением женщин из Тайного музея, с улицы и из сексуального потребления.

Порно галереи современного искусства

Зрительное удовольствие происходит из того, что кинокритики называют синестетическим переводом, другими словами, переносом от осязания к зрению. Вдохновившись трактовкой Фуко производства сексуальности и политического управления телами в Новое время, Уолтер Кендрик опубликовал в году работу, которая может считаться сегодня первой историей современной порнографии.

Как порнография связана с другими техниками власти в современности?

Порно галереи современного искусства

Следовательно, Тайный музей осуществил политическую сегрегацию созерцания в зависимости от пола, класса и возраста. Его строительство включало физическое возведение стены, создание закрытого пространства и регулирование возможности рассматривать и касаться через несколько устройств слежения, наблюдения и контроля.

Джек Смит.

Давайте не будем требовать слишком многого от западной историографии искусства; в последние годы ей уже пришлось пройти через многое, столкнувшись с критикой сексуальных, расовых и культурных меньшинств. Тем не менее, как указал Томас Во, это ограничение порнографии по параметрам пола привело к интересному парадоксу: Режиссер Джек Смит.

С появлением кинозала для просмотра холостяцких фильмов было изобретено новое дисциплинарное пространство, парадоксальным образом посвященное производству удовольствия и субъективности посредством зрения. Другими словами, понятие порнографии, которое вводит история искусства, прежде всего, является стратегией очертания пределов видимого и публики.

Это отнюдь не оксюморон; диалектика раскрытия и сокрытия, задействованная в Тайном музее, представляется образцовой для визуальных и архитектурных режимов Нового времени [14]. Какая связь существует между порнографией и производством субъективности?

Позиционируя себя в этом еще мало обоснованном критическом пространстве, предложенном исследованиями порнографии, я намереваюсь начать с погружения в генеалогию, что должно нам помочь осмыслить факт возникновения порнографии на Западе как части более широкого капиталистического, глобального и медийного режима производства субъективности посредством технического администрирования тел, пространств, образов и удовольствий [12].

Невозможно отделить историю ранних порнографических образов от истории медицинских архивов девиантных, обезображенных и искалеченных тел и колониальной фотографии.

Музей Хаммера, Лос-Анджелес. Другими словами, понятие порнографии, которое вводит история искусства, прежде всего, является стратегией очертания пределов видимого и публики.

Порнография относится к самому акту изображения, раскопки, выпячивания, высвечивания, обнародования, предъявления общественному созерцанию, но также к практикам надзора, сокрытия, запрета на смотрение и приватизации. Гомосексуальный, истеричный, фетишистский, садомазохистский, а затем гермафродитный и транссексуальный субъекты были изобретены как изобразительные и запечатлеваемые типологии.

Давайте не будем требовать слишком многого от западной историографии искусства; в последние годы ей уже пришлось пройти через многое, столкнувшись с критикой сексуальных, расовых и культурных меньшинств. Стена музея была материальной репрезентацией иерархии гендера, возраста и общественного класса, выстраивая политико-зри- тельные различия при помощи архитектуры и ее регулирования созерцания.

Несогласованность при обсуждении порнографии часто вела к цензуре, словно критическое высказывание следует ограждать от чувственных изображений. Другими словами, как порнография оперирует внутри политических механизмов нормализации тела и созерцания в современном городе?

Следовательно, Тайный музей осуществил политическую сегрегацию созерцания в зависимости от пола, класса и возраста. Грубая и однообразная, она является принадлежностью мужского мира.

С начала века музейно-промышленный комплекс приложил немало усилий, чтобы вывести из тени ряд биологически женских художниц х и х годов среди прочих Джуди Чикаго, Марта Рослер, Адриана Пайпер, Вали Экспорт, Ребекка Хорн, Ханна Вильке, Нэнси Сперо и Марина Абрамович , обозначив их как феминисток и поручив им эстетическую и критическую миссию, которая не заходит дальше ожиданий искусства от второго пола.

Тайный музей действовал как перформативное устройство, производившее тех самых зрительных и политических субъектов, которых он призван был защитить. Лучше любого другого приема в современном политическом механизме, порнография всегда зависящая от сборки тела и машины как в зрительных, так и в кибернетических применениях действует через эротизацию самих технологий видения и репрезентации сексуальности.

Вопреки ожиданию, их местонахождение не ограничивалось лишь борделями и брачными покоями, их находили по всему городу. Порнография, само по себе архитектоническое мероприятие, не является ни приватным изображением, ни общественной репрезентацией, но актом обрамления, конструирующим границы не только между публичным и личным, но и между телами, которые наслаждаются зрительным опытом, и телами, которым не позволено сексуально возбуждаться в публичном пространстве.

В это же время новое поколение перформансистов и активистов, вдохновленных творчеством Энни Спринкл [11] , начало критиковать нормативные гендерные, сексуальные и расовые коды сексуальной репрезентации и претендовать на порнографию как на возможное поле политической интервенции.

Порнография относится к самому акту изображения, раскопки, выпячивания, высвечивания, обнародования, предъявления общественному созерцанию, но также к практикам надзора, сокрытия, запрета на смотрение и приватизации. Мир искусства любит сенсации, время от времени производимые переработанными порнографическими кодами при условии, что они далеки от социальной критики и являют собой исключительно эстетические мотивы.

В это же время новое поколение перформансистов и активистов, вдохновленных творчеством Энни Спринкл [11] , начало критиковать нормативные гендерные, сексуальные и расовые коды сексуальной репрезентации и претендовать на порнографию как на возможное поле политической интервенции.

В порнографии биополитические технологии инвестированы в сексуальные идентичности путем производства удовольствия. Напротив, белое мужское тело из высшего класса возникает как новый политико-зрительный можно даже сказать, политико-оргазмический субъект-гегемон:

В этом контексте Линда Вильямс рассматривает порнографию как технику непроизвольной исповеди. Нагота Пэрис Хилтон, воплощенная в скульптуре Дэниела Эдвардса, сама по себе выходит за границы неприглядного мира порнографии, а розовая плоть подчеркивает трансгрессию молодых британских художников. На протяжении XIX века понятие порнографии, предложенное историей искусства, развилось в риторику гигиенизма, внесшую вклад в производство современного метрополиса.

По утверждению Фуко, современная порнография в большей степени, чем трансгрессивная практика, является одной из наиболее сложных и парадоксальных техник управления по созданию сексуальной идентичности и современных сексуальных субъектов нормативных или девиантных.

Гомосексуальный, истеричный, фетишистский, садомазохистский, а затем гермафродитный и транссексуальный субъекты были изобретены как изобразительные и запечатлеваемые типологии. Если медицинская репрезентация пыталась заставить тело сделать признание при помощи образа об истине секса, порнография стремилась сделать удовольствие и его патологии видимым.

Порно все еще не считается достойным сюжетом для кинематографического или философского исследования.

Хорошим девочкам и хорошим шлюхам не позволено вместе творить историю. Несогласованность при обсуждении порнографии часто вела к цензуре, словно критическое высказывание следует ограждать от чувственных изображений.

Но, возможно, пришло время для создания общей политической экологии культуры, связанной с переоценкой производства, определения и переработки культурных отбросов, и вовлечения в эту возможную эволюцию сексуальных объектов и безмозглых мастурбаторов, которые могли бы стать провокативными производителями и критическими потребителями порнографии.

Какая связь существует между порнографией и производством субъективности? Это отнюдь не оксюморон; диалектика раскрытия и сокрытия, задействованная в Тайном музее, представляется образцовой для визуальных и архитектурных режимов Нового времени [14].



Смотреть порно видео лижет зад мать
Красавицы порно видео онлайн
Брюнетка кончила на лицо порно
Секс в чувашия
Женская доминирование русское порно
Читать далее...